В Екатеринбурге прошла VI Международная конференция «Этнолингвистика. Ономастика. Этимология»
С 24 по 27 сентября 2026 г. в Свердловской областной универсальной научной библиотеке им. В. Г. Белинского состоялась VI Международная научная конференция «Этнолингвистика. Ономастика. Этимология», посвященная 100-летию со дня рождения А. К. Матвеева. Ее организовали Уральский федеральный университет, Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН и Институт славяноведения РАН совместно с Комиссией по лексикологии и лексикографии при ОИФН РАН, при участии комиссий Международного комитета славистов.
За три рабочих дня в девяти секциях, очно и онлайн, прозвучали доклады по славянской этимологии и мотивологии, этнолингвистике и лингвофольклористике, топонимике, антропонимике, неймингу и диалектной лексикологии: от реконструкции праславянских корней и ономастики научной статьи XVIII в. до названий сетевых сообществ, от осетинской оронимии и кипчакских топонимов Венгрии до лексики лесных юкагиров и языка славян-мусульман Турции. Участники представляли научные центры России от Пскова и Курска до Якутска и Улан-Удэ, а также Беларусь, Армению, Южную Осетию, Сербию, Венгрию, Финляндию, Бельгию, Францию, Италию и Израиль.
Одним из центральных стал доклад к.ф.н., доц. А. В. Дмитриева (СПбПУ ; ИЛИ РАН) «Структурные и семантические модели ойконимов Ингерманландии в XVI–XVII вв.: проблемы реконструкции и адаптации в разноязычной документации», подготовленный при поддержке гранта РНФ № 25-28-03323 «Лексикографическая реконструкция топонимического ландшафта Западной Ингерманландии».
Тема принципиально важна для российской ономастики: ингерманландская ойконимия лежит на стыке славянской и прибалтийско-финской традиций именования, однако системно изучена слабо, и за полвека после единственной монографии о названиях на -si (K. Fasoulas, 1977) аналогов для других моделей не появилось. Опираясь на писцовые книги, шведские документы XVII в. и карты, докладчик проследил судьбу моделей на -щина и -ла от XVI до XXI в., показал, из каких основ они складывались, и разобрал, как по-разному фиксировали одни и те же названия русские и шведские писцы. Внешние параллели из Карелии и Финляндии, а также сопоставление ареалов с археологическими данными вывели результаты за пределы одного региона.
